Литературное краеведение

Анна Андреевна АХМАТОВА

1889-1966


И на старом Волковом поле…
                        А. Ахматова

Всю свою жизнь Анна Андреевна Ахматова высоко ценила творчество Александра Сергеевича Пушкина и собирала материалы для книги о нём. И вот, в 1939 году Анна Ахматова написала краткое, но очень ёмкое по своему смыслу и образности стихотворение:

Жить – так на воле,

Умирать – так дома.

Волково поле,

Жёлтая солома. 


Великая поэтесса знала о том, что Волково поле было излюбленным местом для дуэлей многих литераторов. Там начиналась знаменитая «четверная дуэль», в которой принимали участие Александр Грибоедов, будущий декабрист Якубович, граф Завадовский и Шереметев. Также, предположительно, на Волковом поле проходила дуэль между Пушкиным и Кюхельбекером. Анна Андреевна могла знать об этом от своих коллег по Пушкинскому дому, а в 1934 году она присутствовала на 9-м заседании Пушкинской комиссии на докладе Ю. Н. Тынянова "Пушкин и Кюхельбекер"*. Это и объясняет то, что мотив смерти, появившийся в этом стихотворении, был выбран Анной Ахматовой не случайно. К тому же, думая о судьбе поэтов первой половины XIX века, Анна Андреевна Ахматова невольно сравнивала их биографии с событиями жизни поэтов своего поколения, многим из которых суждено было погибнуть явно не на дуэли, а в застенках сталинских лагерей. В 1930-е годы репрессии обрушились почти на всех её друзей и единомышленников, а в январе 1939 года Анна Ахматова узнала о смерти Осипа Эмильевича Мандельштама. Получилось, что в этом небольшом стихотворении можно угадать и намёк на образ соломинки, столь часто встречающийся в поэзии Мандельштама.

В 1940 году у Анны Андреевны Ахматовой родился замысел «Поэмы без Героя»,
над которой она работала уже во время войны, в эвакуации в Ташкенте. И вот именно в ташкентском варианте последней главы поэмы, которая называется «Эпилог», у Анны Ахматовой снова появился образ Волкова поля в следующих строках**:

Отраженье моё в каналах,

Звук шагов в Эрмитажных залах

И на гулких дугах мостов,

И на старом Волковом Поле,

Где могу я плакать на воле

В чаще новых твоих крестов.

……………………


В первой редакции поэмы эта глава посвящалась «Городу и Другу». Другом же
Анны Андреевны Ахматовой был Владимир Георгиевич Гаршин – родной племянник знаменитого писателя Всеволода Михайловича Гаршина. Во время войны он помогал ей материально, отправляя в Ташкент небольшие суммы денег, делал предложение великой поэтессе. Безусловно, во время своих встреч ещё в Ленинграде, до войны, Анна Андреевна и Владимир Георгиевич Гаршин посещали могилу Всеволода Гаршина на «Литераторских мостках». Поэтому любовь и тоска, обращённая к Северной столице и Владимиру Георгиевичу Гаршину соединились у Анны Ахматовой в поэтическую целостность образов Эрмитажа, каналов, мостов и Волкова поля.
В своих примечаниях к поэме Анна Ахматова указывала, что Волково поле – это старое название Волкова кладбища***. Видимо, Анне Ахматовой было важно запечатлеть в «Поэме без Героя» Волково кладбище именно как Волково поле, что связано, скорее всего, с глубоким историзмом этих мест.  Впоследствии она сняла посвящение «Эпилога» Владимиру Гаршину и оставила только посвящение «Моему городу».  
В 1942 году Анна Андреевна уже знала, какой страшной была блокада Ленинграда и образ Волкова поля рисовался ей с расширением Волкова кладбища и новыми крестами блокадных захоронений.   

Однако, в дальнейшем, во второй редакции этой поэмы, Анна Андреевна Ахматова изменила строки о чаще «новых твоих крестов», объясняя это тем (по версии поэта и переводчика Александра Гитовича****), что на братских могилах крестов нет. Эти строки Анны Андреевны звучали уже иначе:

Отраженье моё в каналах,

Звук шагов в Эрмитажных залах,

Где со мною мой друг бродил,

И на старом Волковом Поле,

Где могу я рыдать на воле

Над безмолвием братских могил.

………………..  


Фрагмент последней главы «Поэмы без Героя» из-за этого несколько потерял свою остроту и драматичность. Возможно такое изменение строк поэмы у
Анны Ахматовой было связано ещё и с тем, что она боялась возможных нападок
со стороны официальной критики за излишнюю религиозность своих образов, ведь именно в 1946 году прогремел знаменитый доклад А. А. Жданова, повлекший за собой исключение Анны Ахматовой из Союза писателей.

Братские блокадные захоронения находятся на территории Волковского лютеранского кладбища, которое расположено несколько юго-восточнее старого Волкова поля, и находятся также на Ново-Волковском кладбище, которое, условно, находится на новом Волковом поле. При этом старое Волково поле
(Волково кладбище), которое имеет в виду Анна Андреевна Ахматова, включает в себя ту часть разросшегося Волковского православного кладбища, на котором во время войны и делали индивидуальные захоронения ленинградцев, у них-то как раз и были традиционные кресты и раковины. После войны там была буквально чаща из новых блокадных крестов. Об этом говорят многие воспоминания старожилов Расстанной улицы, и эти захоронения частично сохранились в наши дни. Их можно увидеть не только на самом кладбище, но и из окон проходящих мимо трамваев 25-го и 49-го маршрутов, между остановками «метро Волковская» и «Церковь святого Иова». Частично эти индивидуальные блокадные захоронения можно увидеть ещё и по берегу реки Волковки со стороны «Литераторских мостков», и они имеют большое значение для понимания образности поэзии Анны Андреевны Ахматовой, и, разумеется, для всей истории нашего города.


Рената Зафаржановна Платэ – специалист Отдела развития и культурно-выставочной деятельности ЦБС Фрунзенского района


* ЛО Архива АН СССР, ф. 150, оп. 1, ед. хр. 5, л. 11.
** Ахматова А. А. Сочинения в 2-х томах. М., 1999, Т. 1, с. 343.
*** Там же. С. 345
**** Хренков Д. Т. Анна Ахматова в Петербурге-Петрограде-Ленинграде. Л., 1989, гл. 9.