Краеведение

Купчино XX века. Воспоминания Натальи Коноваловой

Здравствуйте Наталья! Расскажите пожалуйста при каких обстоятельствах ваши родители переехали в Купчино?

Приехали мы сюда в 1968 году из Дзержинского района, улицы Халтурина, которая сейчас Миллионная. Это произошло, потому что нас тогда в семье было уже пятеро – я, брат, папа, мама, бабушка. На Халтурина мы жили в однокомнатной квартире, и бабушка получила трехкомнатную квартиру здесь, в Купчино.

Это была муниципальная квартира? 

Да. Наш дом пошёл на капитальный ремонт и, по-моему, если я не ошибаюсь, родители говорили, только из пары квартир жильцы потом вернулись. Ну, то есть давали временное жилье и потом можно было вернуться, но поскольку квартира была однокомнатная, а нас было пятеро, родители возвращаться не хотели.

А сколько вам было лет, когда вы переехали сюда?

Четыре. 

И вы здесь пошли в садик или…

В садик мы не ходили с братом, с нами была бабушка. А в школу – да. Брат пошёл в первый класс 236 школы, которую как раз открыли. И он пошел в первый класс, и я позднее тоже ходила в эту же школу. 

(Рис. 1) Линейка 1 сентября у 236 школы. На фоне - Пражская 7 к3, 1970-е

А помните ли вы как выглядел район? Какая тогда была инфраструктура, когда вы были еще ребенком, когда учились в школе?

Когда мы приехали, рядом с нашим домом, напротив, строили детский садик. Тогда я в школу еще не ходила. Также строили и магазин, и почту, когда мне было примерно лет семь-восемь.

По какому адресу вы жили?

Белы Куна 14. А магазин был по адресу Белы Куна 16 и рядом строился садик. Мы там играли, я как-то прыгнула и подвернула ногу. Я тогда в школу еще не ходила, мне было лет шесть, когда я это сделала (смеется). Ну, бегали там на стройке детского садика. Он у нас прямо напротив дома.

И тогда можно было легко зайти на стройку?

Можно было легко зайти на стройку, да.

И вас не гоняли рабочие?

А это был выходной и рабочих не было (смеется).

То есть она получается не была никак огорожена?

Нет. Вот когда строили почту и магазин - там был большой забор. А вот детский садик… ну, он был невысокий, там был один этаж, поэтому мы там носились. Нас было много, компания была большая.

То есть это еще дошкольная компания?

Ну, у нас вообще был очень хороший подъезд, парадная. Я гуляла со старшим братом, у нас с ним три года разницы. (Рис. 2) Вместе с нами был его будущий одноклассник Коля и его сестра. На самом деле у нас на каждом этаже были друзья… то есть нас было много. Вот у нас была компания, хорошая. И соседний подъезд, мы всё ж бегали, играли вместе. Мальчишки прыгали и на скакалке с нами, и в классики играли. Мы в принципе жили дружно всем двором, выходили все вместе гулять.

(Рис. 2) Наташа с братом Костей дома, 1970-е

И это было в течении всей вашей школы?

Да-да. Ну потом уже, когда постарше уже дружили с одноклассниками, но тем не менее мы всегда встречались всем подъездом, ходили друг к другу в гости. К брату всегда приходили одноклассники, я знала весь его класс, потому что я всегда с ними ходила (улыбается). Поэтому как-то… ну, мы жили дружно, весело. У нас все игры были дворовые.

А какие игры были?

Ну, больше всего мы любили играть в вышибалу. Это когда двое игроков стоят на определенном расстоянии, по одной линии грубо говоря, а остальные стоят в центре. И соответственно вот эти двое должны выбивать мячом. Кого выбили, тот выходит из игры. И кто-то один оставался обычно, самый юркий. Еще в стрелки мы очень любили играть. Делились на команды и мелом на асфальте рисовали стрелки, когда какое-то расстояние проходили. Рисовали на асфальте между домами, а другая команда должна была нас по стрелкам догнать и найти.

Интересно

Да, мел был и классики рисовали, прыгали… мальчики у нас играли очень хорошо. Классики были прямо перед подъездом, а у каждого подъезда стояли скамейки и бабульки на них всегда сидели. Площадок детских тогда было еще не очень много. Они строились как мы росли.

То есть двор был вообще местом, где все могли собраться и что-то совместно делать?

Да-да.

А как он вообще был обустроен, когда вы были ребенком?

Ну вот построили детский сад, потом у нас перед домом была площадка и на ней зимой заливали каток. Вообще катков было много, почти в каждом дворе. А в соседних дворах строили детские площадки, строили горки. Зимой мы всегда катались на санках, катались вокруг садика на лыжах, на коньках катались… не успевали как-то скучать (смеется). У кого были велосипеды, по сезону, все катались на велосипедах.

А как дальше складывалась ваша жизнь после школы?

После школы я пошла в техникум, потом вышла замуж. Посидела с ребёнком, потом вышла опять на работу.

А вы всегда жили в Купчино?

Да. Вот как в 1968 году переехали, так и до сих пор в этом доме. У нас сейчас уже поменялся подъезд, а тогда мы переехали практически полным подъездом с улицы Халтурина. Там, конечно, было поинтереснее в детстве – проходной двор, Нева, Дворцовая площадь и Летний сад – места наших прогулок (смеется). А здесь гулять особо негде было, но зато была большая веселая компания. Даже летом, когда были каникулы и хотелось… не в школу, а вот увидеть всех, потому что летом же все разъезжались… хотелось посмотреть на всех и обратно на каникулы (смеется).

А вы ощущали себя жителями Купчино? Для вас Купчино что-то значило?

Ну, наверное, да. Потому что, во-первых, чем дольше живешь, мне кажется, тем это становится роднее. Когда ты снимаешь, например, когда приехал на какой-то короткий срок, то это как-то не так ощущается, чем, когда ты долго живешь, и когда ты знаешь всех, когда ты видел кого-то маленьким, и видел, как они все растут… То есть поколение меняется, но ты постоянно здесь и знаешь здесь всё. Кому-то Купчино не нравится, но нам нравится может быть потому что мы привыкли.

А вот тогда, когда вы еще учились в школе, вы ощущали себя купчинцами или вы были ленинградцами?

В основном мы гордо все говорили, что мы ленинградцы. Но мы любили свой район, двор. Все ж говорят, выросли во дворе, вот и мы… Нас всегда легко отпускали гулять, потому что, во-первых, я была с братом, да и в целом как-то спокойнее было. Как-то мы тогда знали время, когда все выходили, либо все под окнами кричали: «Выходиии». А потом вечером обратно: «Домооой» (смеется). И у меня есть подружка, с которой мы дружим со школы. И она живет тоже здесь и у нее уже дети большие и у меня, но мы любим это вспоминать. Мы же были очень все веселые, юморные, как нам всегда говорили. И подшутить, и первое апреля, и спины у всех белые и скамейки покрашены. Да, это всё было очень интересно.
Мне кажется сейчас дети больше дома сидят в интернете, а мы и без телефонов обходились кстати сказать довольно хорошо. Договаривались, встречались и как-то даже не задумывались, а сейчас… Ну, поколение другое, всё меняется, конечно. И Купчино меняется. Метро не было, много чего не было. Метро мы долго ждали – 30 лет, но дождались-таки (смеется).

У меня в целом нет больше вопросов, но может быть вы хотите рассказать еще какие-то истории, что-то что вы сами хотели бы рассказать?

Не знаю, я вот тут как-то в газете посмотрела, мне понравилось одно название. Если человек долго живет в одном месте, то вот то место, где ты живешь – это маленькая Родина большого Петербурга. 

А вот эта фотография, которую вы мне давали, это и есть стройка детского садика? Или это что-то другое?

Нет, здесь напротив детский садик, а это в нескольких метрах от детского садика жилой дом строили. И рядом еще как раз большой забор. (Рис. 3)

(Рис. 3) Стройка жилого дома по адресу Белы Куна 12. Снимок сделан отцом Наташи из окна их квартиры

На ту стройку вы не лазили надеюсь?

Нет (смеется). На эту стройку не лазили, мама с папой были бы в ужасе, ведь с тех пор у меня и началось – то сломано, то вывихнуто. Асфальтовая болезнь - это видимо моя болезнь.


Текст, интервью: Александра Воронина

Фотографии: Виталий Константинович Мягков